Белокуриха 1985 года глазами собкора журнала “Огонек”

85

20 мая 1985 года на страницах журнала “Огонек” вся советская страна прочитала статью собственного корреспондента издания Нины Храбровой о городе-курорте Белокуриха с одноименным же названием “Белокуриха”. Кроме описания современной ей Белокурихи, Нина Храброва приводит и воспоминания военной поры: 

…Утром просыпаемся от необычного света: затененно-снежный, он едва проникает в залепненные окна. Толкаем дверь на улицу – не тут-то было; ее сугробом прижало, занесло наш домик до самой крыши. Лопату кое-как просунули, сделали лаз, сначала выбрались старшие, потом младшие. Смеху было бы, если бы не война… Правда, теперь она уже не рядом, а за пять тысяч километров, но она с тобой, как постоянная боль. Какой уж тут смех. Оглядели предгорья, поохали, как старички – ох, замело-то все, весь мир ночной пургой накрыло. И над деревней утренних дымков нет, видно, тоже откапываются.

Шел 1943 год…

Лето заливало пологие предгорья красными потоками крупной земляники, какой никто из нас ни до Алтая, ни после не видел. Летом у нас много работы было – мы зарабатывали деньги в Фонд обороны, пололи сорняки. Деньги пригодились фронту – пошли на строительство катера “Пионер Алтая”. Потом мы вязали в снопы пшеницу. Не помнится уж, по скольку гектаров собирали, но что зернышку не давали пропасть – это точно. По детскому искреннему и правильному разумению, каждое зернышко было ударом по врагу. Все мы от мала до велика понимали: отныне грозный, хорошо знакомый нам по первому году войны гул фронтов пойдет на запад, на запад…

Вот так, между предгорьями и полем, радостями и бедами всей страны жила наша деревня, наша добрая вторая родина военных лет. Красотой и трудолюбием воспитывала нас, растила патриотами. С виду такая же, как и все деревни в округе. И не такая!

Потому не такая, что там, где акробатка-речка уже спрыгнула с предгорья и начала свой бег в степь, в этом месте на земле и на реке вдруг все начинало куриться белым паром. Не оттого ли и речку и деревню назвали Белокурихой? Наверное, испокон веку приходили сюда лечиться люди. Но, по печатным источникам, место это как лечебное известно только с 1867 года. В петербургском издании “Сын отечества” появилось такое сообщение: “В деревне Ново-Белокуриха крестьянами Казанцевым и Гудковым открыты горячие минеральные ключи. Они находятся по обеим сторонам речки, вода в них горячая, как нагретый щелок. Казанцев вылечил раздробленную лошадью руку, которой не владел 12 лет, а Гудков – болевшие от воспаления глаза… вода щелочно-серная сходится с водой кавказских ключей”.

Однако на этом месте долго ничего не строили. Только при Советской власти сибиряки почувствовали целебную силу Белокурихи. А когда началась война, местные жители приняли, пригрели и окружили заботой детей из прифронтовых городов. В опустевших бревенчатых корпусах и одноэтажных домиках поселились ребятишки, эвакуированные из подмосковного костнотуберкулезного санатория, и пионеры Артека, поселившиеся в Белокурихе после многих переездов в полном составе. О них я и пишу “мы” – сама там была…

…Утром после долгих дорог просыпаемся в автобусе – мы снова в Белокурихе, только постаревшие на сорок два года. Встречают нас юные девушки в красочных русских сарафанах, пионеры и женщины постарше – те, кто заменял нам тогда семью… О, сладость и горечь послевоенных встреч, неувядшее душевное родство через годы и расстояния!.. По утрам наши белокурихинские подружки прибегали в гостиницу, приносили парное молоко в пятилитровых банках и великое лакомство военных лет – пшенную кашу с тыквой – “в тех кастрюлях, в которых тогда варили”…

Длинноватая получилась присказка к рассказу о новом городе. Присказка о любви, постоянстве и иных высоких чувствах, о которых умолчать нельзя, потому что доброта и человечность из Белокурихи никуда не ушли и нужны здесь не меньше, чем термальные источники. А Белокуриху не узнать! В войну только и “зелени” в ней было, что цветы на окнах. А теперь совсем садами и парками укуталась. Когда сквозь них удалось дома разглядеть, выяснилось, что они каменные. И населения здесь не две-три сотни, как тогда, а многие тысячи. В Медвежьем логу, защищенном горами от всех ветров, на месте наших маленьких домиков – своим глазам не поверишь – стоят высотные, чуть не вровень с предгорьями, красавцы санатории.

– Нет больше деревни. В 1982 году поселок Белокуриха был преобразован в город, – рассказывает молодой председатель горисполкома Александр Александрович Бенгардт. – Наш город-курорт общесоюзного значения. Поэтому и задачи у нас необычные. иные новые города в первую очередь развивают промышленность. А у нас не должно быть труб – белокурихинский воздух останется хрустальным.

– Охотно ли коренные белокурихинцы превращаются в горожан?

– Конечно, им жаль расставаться с садами, с родным очагом. Однако перевес в пользу городской жизни явно ощутим – у нас много заявлений на получение комфортабельного жилья. А любовь к земле, стремление что-нибудь вырастить на ней у новоиспеченных горожан, к счастью, не проходит – посмотрите, сколько цветов появилось вокруг новых домов! Центр Белокурихи, об этом позаботился Ленгипрогор, останется малоэтажным, выше по предгорьям поднимутся пяти- и девятиэтажки. Для облицовки корпусов санаториев использованы красивые сибирские природные материалы.
Замечаю, что интерьер тут современен и элегантен. А очертания зданий как бы стремятся к гармонии с горами.

– Как идут дела у строителей?

– В одиннадцатой пятилетке были построены санаторий “Сибирь” для совместного лечения родителей с детьми и “Белокуриха” на 1040 мест. Скоро раскроет двери “Россия” – шестая по счету здешняя здравница профсоюзов. И санаторий для детей, страдающих заболеваниями опорно-двигательной системы, построен. Строительное управление осваивает каждый год пять миллионов рублей. По итогам 1984 года ему присуждено переходящее Красное знамя ВЦСПС. Сооружение общекурортной радоновой водолечебницы отмечено премией Совета Министров РСФСР.

– Много ли тут маленьких горожан?

– Много. Мы построили для них два новых детских сада, две школы. Трудовую подготовку они проходят на автобазе, на стройках, в медицинских учреждениях, в ателье – ведь там придется им и работать. Техникумы для них откроем, создадим филиал проектного научно-исследовательского института. У Белокурихи большие перспективы, и связаны они с главным нашим богатством – термальными источниками.

О них прежде всего и пошел у меня разговор с Ю.Л. Азаевым, возглавившим здесь дирекцию санаторно-курортных учреждений и хозяйств Алтайского совета по управлению курортами профсоюзов.
– Белокурихинская радоновая, слаборадиоактивная вода уникальна по своему химическому составу, – рассказывал Юрий Леджиевич. – У нее тому же нормальная для лечебной воды температура, доходящая до плюс сорока градусов. Высока эффективность нашего курортного комплекса. Тут благоприятное сочетание природных лечебных факторов: вода, мягкий, теплый климат, обилие – не меньше, чем на юге европейской части страны – солнечных дней. Благодаря этому мы успешно лечим ревматизм, некоторые формы костных заболеваний, заболевания опорно-двигательного аппарата, некоторые болезни сердца, гипертонию. Малые радоновые процедуры исцеляют воспалительные процессы глаз и десен. Предусмотрены также суховоздушные ванны в камерах и ингаляция. Исследования лечебных свойств радона продолжаются. В них принимают участие ученые Сибири, отделения Академии наук СССР, научные сотрудники Томска и Новосибирска. Особо я хотел бы подчеркнуть, что Белокуриха гораздо больше подходит сибирякам и уральцам, жителям Курил, Сахалина, Камчатки, нежели приезжим из европейской части страны – у них слишком большой период адаптации к двукратным переменам климата.

– Велики ли запасы целебных источников?

– Оптимально, без изменения насыщенности и целебности мы можем обслужить до ста тысяч больных в год. Сейчас к нам в год приезжают до 14 тысяч человек, а будет, естественно, больше. Курорт и город в дальнейшем станут развиваться так, чтобы одновременно могли лечиться шесть тысяч человек. Будут построены новые и расширены старые профсоюзные здравницы.

– А что собой представляют существующие?

– Известная “Белокуриха” – базовый санаторий широкого профиля. “Катунь” – межколхозно-совхозная прекрасно оборудованная здравница со своим лечебно-плавательным бассейном. Кооператоры построили себе санаторий “Центросоюз”, машиностроители – “Алтай”. Кроме того, мы можем обеспечить курсовками и жильем значительное число больных, приезжающих без путевок. Сложилась определенная система их обслуживания. Стремимся к тому, чтобы без внимания не остался ни один человек, нуждающийся в лечении…

Поделиться в социальных сетях:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *