Художник Заур Ибрагимов: родился в Крыму, учился в Азии, пригодился Алтаю

177

Для бийского художника, члена Союза художников СССР Заура Ибрагимова этот год юбилейный: 80 лет со дня рождения и 50 лет творческого пути.

Специалистам в области искусства  в первую очередь он знаком по своим гравюрам в таких сложных и трудоемких техниках, как офорт, меццо-тинто, мягкий лак, линогравюра. Любители искусства, истории вспомнят его по крупномасштабному полотну «Первый грузовик в Чуйской степи», что хранится в музее Чуйского тракта. Недавно мы писали об алтайских сувенирах, авторов которых вдохновила серия работ Ибрагимова «Духи Горного Алтая».

Сам Заур Маметович так говорит о себе: родился в Крыму, учился в Азии, Алтаю пригодился.

 

Вынужденный переезд из Симферополя в Ташкент

Когда я спросила Заура Маметовича, что он думает о событиях 1944 года, он ответил:

– Это история, и мы попали в ее жернова.

И в этих словах не было ни обиды, ни злости на то, что его мать и троих ее детей, включая старшего Заура, вместе с 200-ми тысячами крымских татар в течение трех майских дней 1944-го года депортировали из Крыма.

– Наша семья попала в г. Сырдарья, что в 80 километрах от Ташкента. Там я окончил первый класс. Затем мать поступила работать на Текстильный комбинат, и мы переехали в Ташкент. В годы учебы в школе я посещал изостудию. Когда мне исполнилось 15 лет, я устроился гравером на Текстильный комбинат. Одновременно с этим учился в Республиканском художественном училище. Утром уходил на учебу, а потом шел на работу во вторую смену. Домой возвращался в 11-12 часов вечера.

После окончания училища меня призвали в армию, там я занимался оформительскими работами. Мне оставалось служить полгода, когда мне дали возможность ходить на подготовительные курсы в институте киргизского города Ош и сказали, если сдам экзамены, то освободят от дальнейшей службы. Я успешно сдал экзамены и поступил в Ташкентский Театрально-художественный институт им. Островского.

– Кто заметил в вас задатки художника?

– Помню, в первом классе преподавательница рисования дала задание нарисовать морковку. А моя тетя в детстве часто давала мне есть морковку, видимо, я так хорошо ее изучил, что нарисовал ее лучше всех в классе. Меня хвалили. Это меня подстегнуло и дальше рисовать. Пошел в изостудию. Можно сказать, мое рисование началось с морковки.

 

Поразительный Алтай

– На третьем курсе я познакомился со своей будущей супругой – Людмилой Константиновной Ивановой. Мы поженились после окончания института. Через год родилась дочь. Я работал в институте, а жена по распределению – на ВДНХ. Несмотря на то, что Людмила родилась в Узбекистане, она все время мечтала сменить жаркий климат. Обещанную квартиру все никак не давали, нас в общем-то ничто не держало. Поэтому на предложение художника-живописца Бориса Тимофеевича Миронова приехать в Бийск откликнулся с удовольствием. Здесь как раз организовали Художественный фонд. Вместе с Юрием Коробейниковым в 1969 году мы отправились на разведку. В ту поездку мы посетили Чемал. Алтай нас поразил. Я был в восторге от гор. В институте у нас была группа ребят, которая все свободное время ходила в походы по предгорьям Тянь-Шаня в 100 километрах от Ташкента.

В институте меня не отпускали, т.к. я должен быть отработать три года. Можно сказать, я уехал самовольно. Так и записано в моей трудовой книжке. А в Бийске нас уже ждали. Сразу 4 человека, 2 семьи, с высшим художественным образованием приехали в Бийск.

– Но к тому моменту все ограничения с крымских татар были сняты. Почему вы не вернулись на родину?

– В Крым переехал мой брат. Построил там дом. Мы же укоренились в Сибири, привыкли, такой тяги к Крыму не было. Туда хорошо приезжать в гости.

 

Любовь к своему делу, помноженная на труд

– Заур Маметович, я убеждена, что любой мастер должен оставить после себя учеников. А какой у вас опыт передачи своих знаний начинающим художникам?

– Я работал в Художественном фонде, участвовал в различных краевых, всероссийских и зарубежных художественных выставках. Но с началом 90-х годов фонд начал разваливаться, в 1991 году его реорганизовали. В то же самое время Гаврил Прибытков организовал художественно-графический факультет в педагогическом институте. Он позвал всех художников, кто желает преподавать в институте. Факультет открывался нашей с женой выставкой, которая занимала весь третий этаж бывшего здания факультета. Мне нравилось преподавать. Интересно было. Я работал преподавателем до 2014 года, а потом ушел по сокращению, оптимизировать все начали. Некоторое время в частном порядке подготавливал ребят к поступлению в институты.

– Я знаю, что ваша дочь – художница, зять и отец зятя, ваши внуки – тоже художники. Из вашей личной истории и опыта работы со студентами вы можете ответить, что делает художника выдающимся – талант, наследственность или хорошая учеба?

– Самое главное, это любовь к тому, что ты делаешь и что изображаешь.

– Можно любить, но не иметь таланта.

– Талант вырабатывается только трудом. Есть, конечно, такие самородки, которые нигде не учились, но они постоянно в работе совершенствуют свой дар. Например, Михаил Будкеев, барнаульский художник, был самоучкой. Ему 95 лет, Михаил Яковлевич прошел войну. Он постоянно работал, ни дня не мог без работы. Еще бывает так, что люди обладают большим талантом, но ленивые. Это является тормозом, и они вершин не достигают. Если же ты заряжен художеством и не можешь без этого жить – это главное в достижении каких-то высот. Это в любой профессии так.

– Вы – художник-график, но среди ваших работ много живописи. Чему вы отдаете предпочтение?

– Я не делаю разницы, все зависит от вдохновения. Графика любит ясность, точность. Графика – мужская энергия, а в живописи больше мягкости, она дает больший простор чувствам.

– Признаюсь, меня восхищает ваш энтузиазм, отличная форма, далеко не всем вашим ровесникам это свойственно. Вы полны сил и творческих замыслов. Откуда вы черпаете энергию?

– А это все интерес к своему труду, к своей работе. Постоянно работаю и поддерживаю свой художественный тонус. Сейчас готовлю иллюстрации к книге, 30 декабря в центре «Беловодье» откроется моя выставка графических работ. Я говорил, что в основе таланта – интерес к делу, он же продлевает жизнь и дает силу.

– Как человеку найти свое призвание, которое будет много лет давать силу?

– Тут все очень индивидуально. Надо заразиться какой-то идеей, тогда она станет путеводной звездой. Тогда ты начинаешь познавать что-то в этом направлении, что-то открывать. Эта идея будет тебя подстегивать.

 

Люди уходят, цивилизации исчезают, а культура остается

– Мы беседуем в недавно открывшемся культурно-выставочном центре «Беловодье». Что вас связывает с рериховским движением? Когда произошло знакомство с философией Рериха?

– Для меня Николай Рерих – неординарная личность масштаба Леонардо да Винчи. Философия Рериха (пакт Рериха) – знак триединства науки, религии и искусства. И это все – культура.

Зная, что Рерих был здесь, мы, любители гор, прошли по его маршруту, дошли до Белухи.

В 1989 году у меня была выставка в честь моего 50-летия, я путешествовал с ней по городам края. Мы доехали до Змеиногорска. Во время выставки ко мне подошел незнакомец и пригласил на встречу к интересному человеку. Это был очень старый человек 97 лет, почти полностью слепой. Мы начали разговаривать, он рассказывал о своей жизни. Оказалось, что передо мной Альфред Петрович Хейдок, который после знакомства с Николаем Рерихом в 1934 году в Харбине называл его своим духовным учителем. Спустя месяц после выставки я вновь приехал к нему и подарил портрет Николая Рериха, эта работа входила в экспозицию. Портрет повесили над изголовьем Хейдока. Он пожал мне руку и сказал своему секретарю: «прими в нашу семью еще одного друга». В свою очередь Альфред Петрович подарил мне рукопись «Грешница» с такой надписью: «распространителю прекрасного Ибрагимову Зауру» и оставил свою подпись. Эту рукопись позже я подарил Государственному музею истории литературы, искусства и культуры Алтая (Гмилика).

 

P.S. О личном

– Заур Маметович, вы неоднократно упоминали о своей супруге Людмиле Константиновне. Каково это – двум творческим людям столько лет быть рядом? Она себя реализовала как художник или приняла роль вашей помощницы?

– Она состоялась, тоже стала членом Союза художников. Она – Иванова, а я – Ибрагимов. Так мы специально оставили. Я – график, жена – живописец. В 2012 году мы сделали в Барнауле совместную выставку. Мы все время работали вместе. Это нас сближает. Дискомфорта мы не испытывали. Она меня всегда вперед пускала, сама держалась как бы за мной.

Поделиться в социальных сетях:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *